РАЗДЕЛЫ


ПАРТНЕРЫ






Большевистский аншлюс: как была захвачена электроэнергия России

Каждый самостоятельно выбирает, как уйти из этого мира. Мы решили с помощью реформы РАО «ЕЭС»

Валерий Калабугин, Независимая газета / 18.06.2004

В последней декаде февраля прошлого года в левом крыле Государственной Думы либералы праздновали далеко за полночь. Измученные технички, шарахаясь от нетрезвых теней партийных клерков, бормотали что-то вроде «жрут и жрут», обеспокоенная охрана в который раз поднималась проверить состояние этажа, но делать замечания расшалившимся функционерам не решались - гуляли победители. Дума во втором и окончательном чтении приняла пакет законов о реформе электроэнергетики.

Это была битва титанов, схватка достойных противников, в которой политическое лобби Анатолия Чубайса смело ведущих экономистов страны, президентских советников, демократов, левую оппозицию, правительство - всех. И, вполне возможно, это более чем трехлетнее противостояние запомнится как последняя серьезная думская война. Одним словом, имели право - ведь практически вошли в историю.

Впрочем, человек, разбирающийся в сложной интимной жизни отечественного парламента, сказал бы, что пьянка носила какой-то истерический характер, словно люди понимали, что дальше уже некуда, - приехали, куда так стремились. Прежде всего настораживало поведение лидеров. Один из них, большой не дурак выпить в хорошей компании, сразу после заседания куда-то вышмыгнул, «папа Че» (как иногда называли Чубайса некоторые партийцы) так и не появился, а последняя харизма младореформаторов в какой-то момент надолго застыла в одиночестве у окна. Возможно, она вспоминала слова видного «яблочника», сказанные сразу после заседания: «Ты понимаешь, что вас использовали, как» - и добавил матерный синоним хорошо всем известного атрибута безопасного секса, который либералы так энергично рекламировали в своей первой выборной кампании.

А может быть, лидеры либералов просто обдумывали, что делать дальше, - правые, пролоббировав непопулярную реформу электроэнергетики, мгновенно превратились в политический труп. Я же вернулся на ту памятную вечеринку, чтобы еще раз задаться давно мучающим вопросом - понимали или нет в тот момент партийно-либеральные бонзы, что привили стране вирус разрушения, который, подобно СПИДу, может за несколько лет уничтожить Россию как единый организм? Эксперты назначили даже срок - 10 лет. Мы еще вернемся к этой дате. Но первое дыхание приближающегося хаоса ощущается уже сегодня, спустя всего год с небольшим после формальной легализации большого преступления под названием «реформа РАО «ЕЭС».

Личное дело

Писать о реформе одной из самых важных отраслей народного хозяйства без анализа личности Чубайса бессмысленно. А писать об Анатолии Борисовиче без разбора его предыдущей деятельности глупо, потому что именно в приватизации и президентских выборах 1996 года кроются ключевые моменты для понимания личности этого человека. И как следствие - оценки нынешней его деятельности. Поэтому начнем с немного длинного, но необходимого предисловия, чтобы понять, от чего нам отталкиваться, пытаясь разобраться в разрушительных процессах, запущенных сегодня в экономике страны с не очень легкой руки этого человека. Весной этого года после известных писем опального олигарха английская газета «Файнэншл таймс» публикует интервью Чубайса, которое стало холодным душем для пылающего жаждой правосудия бизнес-сообщества.

«Ходорковский пусть раскаивается в собственных грехах, а со своими грехами я разберусь сам», - цитировали все известные газеты мира слова главного энергетика. Но главное даже не это. Дальше Анатолий Борисович признает, как он реально действовал во время приватизации: «Я не говорю, что все, что мы делали, было правильно. Но я считаю, что это был единственно возможный способ создать частную собственность и не допустить полного развала российской экономики: Мы создали в России феномен олигархов, и они принесли много вреда, привнеся коррупцию в политические и правовые вопросы:» Иными словами, главный принцип «цель оправдывает средства»: главное создать нуворишей, а что при этом станет с народом, страной - плевать. Я уже не говорю о таком чисто этическом моменте: почему «создатель олигархов» так легко сдал господина Ходорковского? Это первая особенность нашего героя - открытое исповедование основных принципов гуру средневековой политики Макиавелли. Принципы, нужно сказать, не самые достойные. Эти принципы предусматривают следующее: если нужно ввести в заблуждение для достижения любой важной цели, то можно обманывать, искажать факты и т.д.

За несколько месяцев до этого экономист Михаил Делягин, в прошлом советник правительства РФ, так определил кредо Анатолия Чубайса: «Чья бы подпись ни стояла под решением о реализации реформы электроэнергетики, чья бы формально ответственность ни была за эти решения, - реальная ответственность за эти решения будет лежать на Чубайсе. Ему не удастся в очередной раз объяснить, как в 1994 году, что, ребята, мы здесь ни при чем. Помимо того, что он будет главным и единственным выгодоприобретателем от этого, в конечном счете на него и нынешний менеджмент РАО «ЕЭС» (когда плоды реформы электроэнергетики выявятся) объективно ляжет ответственность».

Вернемся к выборам 1996 года. Два года назад в США в широком показе прошел фильм «Проект Ельцин» - три известнейших американских политических консультанта, похохатывая, подробно повествуют, как продавливали на второй президентский срок явно недееспособного человека. И главным оружием был избран «черный пиар». То есть нашему народу вновь открыто врали. Причем с благословения главного заказчика кампании, упомянутого выше. Именно он выступал автором сделки, которую сами американцы назвали «достойной Фауста», - между олигархами, давшими деньги на кампанию промывания мозгов, и президентской администрацией, гарантировавшей им безнаказанность. Главным итогом кампании 1996 года стала вторая волна преступной приватизации.

Именно тогда в руки магнатов за гроши были отданы самые ценные активы в России. Проданный за 170 млн. долл. «Норильский никель» меньше чем через год стоил уже несколько миллиардов долларов - можно представить себе порядок цифр того, что потеряли страна и народ в целом. Такова цена сусального лозунга - «голосуй сердцем». То есть, если продолжить образные сравнения, вместо души Фауста на кону стояла все страна. Страна, которую ввергли в очередной круг реформаторского ада - вот так мы расплачивались за безответственные поступки одного-единственного человека (даже если при нем была группа людей), считающего, что он имеет право единолично определять судьбы великой страны и сотен миллионов людей на годы вперед. Это вторая ключевая особенность «большевика» Анатолия - он не колеблясь принимает невероятно масштабные и жесткие решения, нисколько не заботясь о масштабе последствий. И здесь же кроется другой момент, который делает эту черту «большевика» фатально опасной: он имеет возможность предпринимать подобные колоссальные шаги, но притом у него отсутствуют качества, присущие настоящему историческому деятелю, - прежде всего забота о собственном народе, ответственность за него и за судьбу Родины. «Большевик» руководствуется в своих решениях сиюминутными интересами, какими-то скрытыми тактическими соображениями, не исключено, что прежде всего в личных целях, но только не благом народа и отчизны. И вот это по-настоящему опасно.

Однако прошло несколько лет, в стране появился новый лидер, который имел другие взгляды на правовую сторону вопроса и вообще на деятельность приватизаторов. И Чубайс, выступивший гарантом сделки, забыл о своих обязательствах и тут же взял новый курс, буквально продравшись в важные игроки новой команды. Это третья ключевая черта «большевика» - он мгновенно приспосабливается к новым условиям, ни в грош не ставя прошлые обязательства.

К 1999 году Анатолий Борисович стал руководителем РАО «ЕЭС», и в стране вовсю уже шли разговоры о реформе этой монополии. Здесь мы и подошли собственно к началу нашего расследования. Человеку, совокупность качеств которого по косточкам разобрана в предыдущей части статьи, поручили в 1998 году реформировать важнейшую отрасль страны - электроэнергетику. Давайте посмотрим, как это все начиналось.

Вперед, в экономический коллапс

Приступая к анализу реформы отечественной энергетики, прежде всего необходимо задаться вопросом: почему возник вопрос о реструктуризации именно РАО «ЕЭС»? Кроме энергетики в стране были монополии «Газпрома», железных дорог, почта, наконец. Создавались такие совершенно специфичные проекты, как, скажем, «Связьинвест» или КТК. А существование такого монстра, как Сбербанк, вообще противоречило любым современным экономическим понятиям. Почему же возник столь острый вопрос именно в отношении электроэнергетики? Попытаемся ответить. Если провести элементарный анализ деятельности трех основных естественных монополий страны, то понимаешь, что они все взаимосвязаны. И более того, «Газпром» и МПС выступают как своего рода фундамент деятельности РАО «ЕЭС». Дело в том, что от советских времен нам досталась определенная структура экономики: основные потребители электроэнергии находились в европейской части, а производители и топливо - в Сибири. И кроме того, более 70% электроэнергии в стране производится ТЭЦ, работающими на угле.

«Уголь в России возить очень дорого. Электроэнергия на угле - это электроэнергия золотая, - говорит экономист Леонид Пайдиев. - Она дотируется следующим образом. Первое - дешевые перевозки, перевозки угля с большим плечом имеют мощные льготы, то есть дотируются за счет проедания железных дорог. Второе - низкие налоги. Третье - проедание угольной отрасли, которая также имеет большие льготы. И все равно уголь дорог. Угольная электроэнергетика дотируется также атомными электростанциями и газом. Газ - вот ключевое слово. То есть за счет газа дотируется производство на угольных станциях. Что происходит, если мы расчленяем финансовые потоки в этой системе? Уничтожается система перекрестного субсидирования. Что дальше происходит? Дальше вываливаются самые неэффективные станции. Какие? Угольные. В итоге в стране возникает дефицит газа. Ухудшается газовый баланс. Газ становится еще более необходимым и дефицитным ресурсом. Производство электроэнергии сокращается. Надежды на то, что потребители смогут платить или что мы откуда-то электроэнергию ввезем, мало».

Иными словами, наступает экономический коллапс, и понятно, что реформировать только одну энергетическую отрасль в условиях современной России просто смертельно опасно для экономики страны. И, более того, изменения нужно было начинать с нижнего звена - угольной отрасли, газовой, МПС, наконец. Вместо этого принимается радикальное решение реформировать именно верхушку пирамиды - РАО «ЕЭС». И под это решение приходит Анатолий Чубайс. Нужно сказать, что его назначение на эту должность - решение скорее силовое, нежели коллегиальное: по данным аудитора Счетной палаты, за него голосовали чуть более одного процента акционеров компании. Все решил госпакет или личное вмешательство тогдашнего главы государства. И, более того, рынок мгновенно отреагировал на это решение, выставив свою оценку этому назначению, - капитализация кампании начала стремительно падать.

И за первые три года работы Чубайса РАО «ЕЭС» потеряла почти 60 процентов своей акционерной стоимости - результат просто потрясающий. Но кроме снижения биржевой стоимости в эти годы имел место реальный, практически ничем не прикрытый отток государственных капиталов за границу. Мы еще вернемся к этому факту, а пока скажем, что из РАО «ЕЭС» утекали мириады долларов на финансирование гибельных проектов в СНГ.

Сразу после прихода Анатолия Борисовича и начались разговоры о немедленной реформе. Причем аргументация была использована стандартная - Запад этого хочет. Если в 1994 году нам твердили, что без тотальной приватизации мы не войдем в число цивилизованных государств, а в 1996-м говорили, что без Ельцина начнется гражданская война, то в 1998-м объясняли, что без реформы энергетики мы не войдем в большую и счастливую семью ВТО. Это и была очередная ложь. Действительно, структурных перемен от нас требовал Всемирный банк, когда в 1996 году давал очередные кредиты. Борис Ельцин в апреле 1997 года вынужден был даже подписать соответствующий указ («Основные положения структурной реформы в сферах естественных монополий»). Но, во-первых, документ этот был рамочным, без установления конкретных сроков, и во-вторых, там не утверждались приоритеты в виде РАО «ЕЭС». Более того, если уж так ссылаться на Запад, то концептуально МВФ советовал России больше интегрироваться с Евросоюзом и прислушиваться именно к его рекомендациям. В свою очередь, если взять рекомендации Европейской комиссии ТАСИС, то там в первую очередь говорится о социальной и финансовой реформе. Если же взять сферу естественных монополий, то очень осторожно рекомендовалось приступить к некоторой адаптации к рыночным условиям «Газпрома» и угольной отрасли. Обратите внимание, никто не требовал в жесткой форме: немедленно пустите иностранцев и создайте либеральный рынок энергетики. Нет, нам очень мягко предлагалось: попытаться изменить финансовую схему дотирования электроэнергетики. То есть то, о чем говорил экономист Пайдиев, и то, что, в общем-то, было ясно любому сведущему человеку. Да и о каких реформах в экономике можно было говорить, когда в стране элементарно не было Гражданского и Административного кодексов, нормального арбитража и УПК.

Кроме того, смена президента в России совпала с невероятно благоприятной нефтяной конъюнктурой, и наша страна взяла твердый курс на погашение своего огромного долга. И внешнее давление мгновенно ослабло. Нам давали возможность оправиться от шоковой терапии 90-х, чуть не разрушившей страну. Тем не менее Чубайс настаивал на следующем раунде зубодробительных перемен. Здесь и сыграла свою роль главная черта его характера, о которой говорилось выше, - странным образом пренебрегать возможными негативными последствиями ради достижения цели. Принципиальное решение о начале расчленения РАО «ЕЭС» было принято. Здесь мы не будем вдаваться в подробности его продавливания - для этого нет места, но, поверьте, история эта не менее грязная и позорная, а возможно, даже в чем-то похлеще выборов 1996-го.

То есть вновь все было замешено на изощренной казуистике. И сразу встает закономерный вопрос: если не было требований ВТО и Евросоюза, если нас никто не гнал, то почему руководитель РАО «ЕЭС» так упорно лоббировал реформы? В чьих интересах он действовал? В долгосрочной перспективе ответ на этот вопрос стал понятен только сейчас. Мы ответим на него позже. А пока остановимся лишь на одном факте, объясняющем сиюминутность реформы. Уже тогда экономист Михаил Делягин, между прочим, советник правительства, публично заявил, что одной из главных причин подобной поспешности являлась личная заинтересованность высшего менеджмента РАО, и прежде всего Чубайса, в перераспределении в свою пользу гигантских финансовых потоков. Просто потому, что все остальное крупное и вкусное уже было поделено и распределено, младореформаторы в пылу приватизации не успели хапнуть себе по солидному куску. Или, вернее будет сказать, им, наверное, было мало, хотелось много больше. Это, вероятно, и было первопричиной столь поспешной реформы. Потому что, согласитесь, зная вышеописанный расклад, иные разумные причины найти трудно.

В трансформаторную будку с завязанными глазами

Когда было принято принципиальное решение (оформленное в виде постановления правительства РФ от 11 июля 2001 года), перед реформаторами встала главная проблема: а как, собственно, расчленить гигантский организм РАО «ЕЭС» - 440 электростанций, самая длинная в мире сеть, 670 тысяч сотрудников, более 300 миллионов мегаватт энергии в год и 36% тепла в масштабах страны. Как распилить эту тушу, особенно учитывая, что 48% РАО уже принадлежало частным акционерам, в том числе и иностранцам, о доступе которых на рынок так радел Чубайс. Понятно, что коммерсанты - это не советский народ образца 1994 года, за свой кусок горло перегрызут. Одним словом, нелегкая задача.

Напрашивается аналогия с планом ГОЭЛРО и наркома Кржижановского. Действительно, по масштабу задачи сопоставимые. С одной лишь разницей - советский нарком создавал основы того, что сегодня называется РАО «ЕЭС», а «большевик» наших дней это уничтожал. Было и еще одно различие - подробное описание плана ГОЭЛРО не только было вынесено на всенародное обсуждение, но находящееся в изоляции советское руководство напечатало его в ведущих газетах мира. То есть изначально все было прозрачно и понятно.

Кстати, именно с этого и советовали начинать дробление РАО «ЕЭС», раз уж твердо решили реформировать, - с масштабного аудита, потому что за 10 лет демократического развития никто не знал, что творится в таком сложном организме. Но «большевик» поступил с точностью до наоборот - чуть ли не засекретив любую информацию о плане реформ. Доходило до смешного: солидные политики, правительственные функционеры, известные экономисты публично гадали, что там рожают за железным занавесом менеджеры РАО «ЕЭС».

Буря случилась, когда пакет законов был внесен на первое чтение в Думу. Скандал получился мирового уровня - претензии в самой резкой форме высказывали все заинтересованные стороны: частные акционеры, которые теряли свои доли, губернаторы, которые теряли поступления в бюджет, а также возможность контролировать рост тарифов, публичные политики, которые выстраивали свою деятельность на обещаниях снижения социальных расходов граждан. В итоге только в базовый закон «Об электроэнергетике» было внесено 1800 поправок. Абсолютный рекорд за все время существования реинкарнированной Думы. Но, самое главное, реформа, разработанная под Чубайса, имела ряд слабых моментов, которые позволяли людям, допущенным в высшие сферы РАО «ЕЭС», извлекать сверхприбыли за счет государства.

Пакет законов был принят через год с небольшим, 21 февраля 2003 года. За него проголосовали даже коммунисты - Чубайса тогда публично называли «мастером компромиссов»: концептуально его реформа не изменилась, но поправки удовлетворили почти всех, кроме упертых «яблочников». И вот здесь, аккурат через несколько недель после исторической пьянки, случилась неприятность. В Калифорнии обанкротились местные электрические сети и десятки миллионов людей остались без электричества. Через несколько месяцев, потеряв миллиарды долларов, Америка приняла чрезвычайно болезненное для себя решение - национализировать ряд мелких электростанций, так сказать, в Единые калифорнийские сети.

Вот здесь-то и была пощечина - как считают многие аналитики, Анатолий Борисович в своих наработках использовал по большой части американский опыт, и его план реформ почти один к одному совпадал с изменениями, которые проводили на рубеже 80-х у себя калифорнийцы. Не вдаваясь в подробности, скажем, что, по Чубайсу, предполагалось разделить электростанции на десять оптовых генерирующих компаний, а средства доставки электроэнергии оставить в собственности государства. То есть нам была уготована этакая Калифорния в масштабах и климате России. Но на этом, собственно, и погорели американцы, - голые электростанции без инфраструктуры и, самое главное, без поддержки государства оказались нерентабельными даже в процветающей Америке. Что уж тут говорить о России с нашим перекрестным субсидированием, огромными расстояниями, дорогим углем, экспортным газом и непредсказуемым климатом.

Заканчивая эту часть нашего расследования, скажем только об одной метафоре, которую произнес Михаил Делягин в 2001 году: «Попробуйте с завязанными глазами войти в трансформаторную будку и что-нибудь там изменить. Так и с реформами Чубайса:» Действительно, принятая в России кадровая политика вполне допускала, что госпредприятием мог руководить человек без профильного образования. И поначалу Чубайса не спрашивали о том, насколько он разбирается в электроэнергетике, ведь, в конце концов, человек пришел делить отрасль. Но чем дальше, тем больше становилось понятно, что, скажем так, непонимание отрасли ее же менеджментом может сыграть фатальную роль. И это в ситуации, когда права на ошибку, в общем-то, нет. Мало того, что сами реформы были несвоевременны и опасны, мало того, что план реформ оказался в принципе ведущим к развалу, мало того, что начаты они, как уже говорилось, не с того конца, так в довершение всего Чубайс и его команда с их дилетантским подходом уже наделали кучу чисто тактических ошибок. Сегодня, ровно через год после старта реальных преобразований, это видно очень хорошо. Грубо говоря, человеку дали ручную пилу (в виде думских законов), и он радостный побежал в трансформаторную будку, чтобы распилить ее на десять частей. А оказалось, что для того, чтобы просто разобрать ее, необходим совсем другой набор инструментов. И совсем другие навыки, чтобы собрать из нее десять маленьких будочек, - не распильщика, а скорее конструктора.

Главным же итогом подобного несоответствия стала чрезвычайно опасная ситуация, сложившаяся в отрасли, - старая система уже начала разрушаться, а к формированию новой даже не приступили. В итоге многим регионам страны грозит остаться нынешней зимой даже без советской неэффективной электроэнергетики. И это очень хорошо понимает сам Чубайс - реформа сегодня не просто буксует, она давно вышла из-под контроля. И именно поэтому сегодня Чубайс делает отчаянные жесты, нарушает собственноручно пролоббированные законы и выступает с истеричными обвинениями.



БОЛЬШЕВИСТСКИЙ АНШЛЮС: КАК БЫЛА ЗАХВАЧЕНА ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКА РОССИИ. ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Каждый самостоятельно выбирает, как уйти из этого мира. Мы решили с помощью реформы РАО «ЕЭС»
Валерий Калабугин

Начнем с истории. В 1999 году Анатолий Борисович Чубайс писал в обращении к коллективу РЕН-ТВ, подводя итоги десяти лет:

«Как я отношусь к моей собственной деятельности? Могу определенно сказать, что мной, безусловно, сделаны серьезные просчеты и ошибки. В том числе и в ходе приватизации. Упомяну, например, про чековые инвестиционные фонды. Создав этот институт, мы, между прочим, собрали традиционные чеки с сорока миллионов человек. Но, создав этот институт (кстати, никто не верил, что он возникнет), мы не смогли создать соответствующей системы управления, ответственности и государственного контроля за работой этих фондов. Это чисто профессиональная крупномасштабная стратегическая ошибка. Безусловно, на сто один процент моя ответственность, мои просчеты, мои ошибки. Никуда от них не деться. – И после такого полного и откровенного признания собственной профнепригодности Чубайс сетует: – Но самое скверное за эти десять лет – травля. Травля серьезно, по-взрослому, тотально. Когда травят и тебя, и всех, кто с тобой связан: заместителей, друзей, коллег, жену, детей – всех…»

Мы не случайно приводим эту цитату, приступая к анализу уже начавшихся реформ РАО «ЕЭС». По сути, человек признается в колоссальных ошибках, отказываясь при этом взять реальную ответственность за содеянное. И в довершение всего горько переживает, что его, мягко говоря, очень не любят. Сегодня в реформе энергетики происходит то же самое: его команда создала заведомо нежизнеспособную идею, взялась без соответствующей подготовки за ее реализацию, а когда спустя уже несколько лет стало понятно, что ошибок допущено не меньше, чем в ходе приватизации, то немедленно попыталась уйти от ответственности. Это видно, например, даже в таких мелочах: важнейшую часть внутренних документов о начале реструктуризации РАО подписывает не Чубайс, а его заместители. Будем иметь это в виду, разбирая последствия уже сделанного.

* * *

Сегодня многие, критикующие ситуацию в энергетике, не всегда могут разобраться в происходящем, настолько масштабными были задуманные изменения в отрасли. И, сбиваясь на частности, большинство рассказчиков просто теряют понимание сути происходящего в целом. И нужно сказать: есть самые серьезные подозрения, что сделано это было специально. Поэтому, чтобы не повторить эту ошибку, мы попытаемся оценить ситуацию исходя из базовых принципов реформы, неоднократно озвученных самим Чубайсом.

Первое – создание конкурентного рынка электроэнергетики. И второе – привлечение за счет выполнения первой задачи инвестиций (прежде всего иностранных) в отрасль. Напомним, что по первому пункту предполагалось разделить все электростанции на десять компаний (так называемые оптовые генерирующие компании) и отдать их в частные руки. Государство же должно было сохранить контроль над электрическими сетями и над единой диспетчерской службой. Предполагалось, что сразу после этого в отрасль и пойдут деньги, прежде всего иностранных инвесторов.

Здесь необходимо небольшое пояснение, почему инвестициям уделялось такое большое внимание. На сегодняшний день примерно треть производственных мощностей российской энергетики уже выработала свой ресурс, а к 2007 году эта цифра составит уже 70 процентов. Для страны это настоящая катастрофа. Чтобы избежать этого, необходимо было вкладывать ежегодно на обновление техники по 6–8 миллиардов долларов. Подчеркиваем, это был вопрос реального выживания страны. Но, с другой стороны, решать эту проблему за счет повышения платы на электроэнергию для населения было сочтено нецелесообразным, так как это сразу бы потащило за собой очередной виток инфляции. Люди, измученные пореформенным временем, могли этого не понять.

Собственно, в этом и заключалась главная привлекательная сторона плана Чубайса – решить вопрос с инвестициями за счет иностранцев. То есть продать им на соответствующих условиях электростанции, а они уж будут волей-неволей вкладывать в обновление фондов. Но одновременно это и был один из первых показателей, наводивших на мысли, что весь план реформ энергетики скорее всего преследовал совершенно другие цели, нежели вывод отрасли из кризиса. Или, скажем, эта официальная декларация была лишь вывеской, ширмой для истинных целей. Точно так же, как в идее с приватизацией, факт создания собственников в виде олигархов оказался чуть ли не единственным итогом, которым сегодня Анатолий Борисович оправдывает все остальное. Таким же образом можно оправдывать извержение вулкана: самое главное – огонь и лава вырвались наружу!

В данном же случае специалисты сразу указали, что Чубайс не учел такой, казалось бы, простой фактор, как то, что РАО «ЕЭС» уже было на 48 процентов частным. Причем более 30 процентов капитала принадлежало тем самым иностранцам. В результате реформ они скорее всего и без того лишались бы значительной части стоимости своих активов. Это как минимум должно было вызвать сопротивление с их стороны. А вопрос о привлечении дополнительных инвестиций в этой ситуации вообще обсуждать глупо – кто же будет доплачивать за то, что у него отрезали часть пирога? То есть любой здравомыслящий человек понимал, что привлечение широкомасштабных иностранных инвестиций – задача в данных условиях изначально невыполнимая.

И, кроме того, на те же мысли наводила и выбранная стратегия. Мировой опыт последних десятилетий говорит о том, что в реалиях глобальной экономики дробить национальную электроэнергетику на мелкие куски – в принципе путь в никуда. Опыт реформирования других стран показывает, что в большинстве из них сохраняются объединенные энергосистемы, включающие генерирующие источники и сети. Так происходит в США, Франции, Германии, Японии и т.д. И, самое главное, в этих странах в энергетику не допускались иностранные акционеры, поскольку электроэнергетика – это в том числе и вопрос национальной безопасности. Давайте же попытаемся понять, почему у нас главные реформаторы проигнорировали такие, казалось бы, очевидные вещи.

* * *

Чтобы понять, что произошло с инвестициями, необходимо вернуться в 1999 год, когда начались первые скачки абонентской платы за электроэнергию. Тогда это объяснялось следующим образом – реформа еще не началась, а ремонтировать ветхие фонды необходимо уже сегодня. Поэтому было решено включить так называемую «инвестиционную составляющую» в плату за электричество. То есть элементарно переложили основное бремя реформы на плечи народа. Предполагалось, что уже через несколько лет иностранные капиталы потекут в РАО и эту составляющую можно будет планомерно снижать.

В реальности произошло с точностью до наоборот. В первые три года капитализация РАО «ЕЭС» упала почти на 60 процентов, и начался реальный отток капиталов из холдинга. На этом фоне единственным выходом было повышение тарифов – в конечном итоге за пять с лишним лет на десятки и сотни процентов. Сравните с так называемой гиперинфляцией, запущенной сразу после начала приватизации. То есть напрашивается сравнение, что Чубайс не просто наступает на одни и те же грабли, а делает это возможно целенаправленно. Прежде всего потому, что неконтролируемый рост тарифов, как в свое время неконтролируемая инфляция, кому-то очень выгоден. А поскольку электроэнергетика структурно связана с двумя другими монополиями – «Газпромом» и МПС, рост тарифов в одном секторе автоматически ведет к их росту в двух других. А если гипотетически предположить, что руководство всех трех компаний определенным образом в этом заинтересовано и на почве этого вступает в сговор, то последствия представить нетрудно.

В 2003 году впервые предложения этих монополий по повышению тарифов обсуждались в парламенте как составная часть бюджета-2004. И впервые мы получили возможность увидеть, как работает эта система под названием «необоснованно высокая инфляция». «Газпром» попросил повысить тарифы на газ на 40 процентов, МПС – на 26, мотивируя это в том числе и отменой перекрестного субсидирования в энергетике. А РАО «ЕЭС», в свою очередь, пожелало поднять цены в полтора раза, а ее недавно сформированные в рамках реформ стопроцентные дочки, Федеральная системная компания и Системный оператор, – внимание! – в 2,25 раза и 10 раз соответственно. Знаете, 1000 процентов за один год – это круто даже для Чубайса. Само собой, все это объяснялось прежде всего необходимостью реформ в электроэнергетике и – правильно – привлечением инвестиций. То есть получается, что реформа энергетики стала главным фактором, влияющим на рост инфляции (потому что именно эти запросы монополий учитывались прежде всего при расчете темпов инфляции на будущий год). Но позвольте, в том же Послании президента говорится, что главный противник удвоения ВВП – это неконтролируемый рост инфляции. Вот и получается, что реструктуризация РАО – это реальный тормоз общегосударственных реформ.

И вот здесь особенно показательна реакция Анатолия Борисовича: как только становится ясно, что существует определенный конфликт интересов и стратегий, он делает неожиданное заявление о поэтапном снижении тарифов в ближайшие три года. То есть вновь открытая подмена факта. И это в то время, когда уже реструктурированные предприятия просят поднять тарифы на 1000 процентов, – это уже даже не пиар, а просто хамство. Вот здесь, собственно, и можно подвести итоги первого года реформ РАО «ЕЭС». Система перекрестного субсидирования, о которой мы писали в первой части, была с успехом уничтожена. Как прямой результат в разы выросли платежи потребителей. Иными словами, реформаторы просто переложили субсидии на плечи народа и промышленных предприятий (так называемый затратный метод формирования тарифов). Одновременно неисчислимо выросли административные расходы, так как вместо одного РАО «ЕЭС» появилось сразу несколько структур (те самые стопроцентные дочки), которые одновременно потащили за собой рост тарифов (только в 2004 году на 78 процентов). А где здесь, собственно, рынок и весь этот бред про конкуренцию и низкие тарифы? Куда это все, спрашивается, делось?

* * *

Рост тарифов – это только один, хоть и самый болезненный, результат реформ. Сегодня можно с уверенностью констатировать и другое: самая главная стратегическая задача так и не была решена – видимыми иностранными инвестициями в отрасли даже и не пахнет. Прежде всего потому, что нет и намека на «конкурентный рынок», о котором так любит распространяться Анатолий Борисович. И самое любопытное, что, похоже, создание этого рынка натурально саботируется энергочиновниками.

Если судить по балансовым оценкам, то сегодня в стране наблюдается примерно 30-процентный избыток мощностей. И это потенциальный избыток самой дешевой электроэнергии, производимой на гидроэлектростанциях. То есть в условиях нормального рынка это повлекло бы за собой снижение тарифов. Но только не у нас. Доступ дешевой энергии на рынок блокируется самим же РАО «ЕЭС» или, если хотите, его дочками-монополистами, которые контролируют сети. И знаете какая аргументация? Сохранение существующего уровня тарифов. То есть команда менеджеров не скрывает, что не заинтересована в том, чтобы рынок наконец заработал.

И здесь самый интересный момент: Анатолий Борисович, возможно, не просто «не заинтересован», а не исключено, что он мог застопорить создание рыночных условий в секторе. Так, во всяком случае, считают некоторые аналитики. Создав, как уже указывалось, две компании, полностью контролировавшие сети (грубо говоря, это те дороги, по которым доставляется потребителю купленная электроэнергия) и все диспетчерские службы, РАО «ЕЭС» по закону должно было немедленно передать их государству. Однако уже после их формального отделения от РАО выяснилось, что механизма по передаче их государству нет. Просто забыли. И получилось, что в этой части реформа пошла насмарку – сменили вывески, в пять-шесть раз раздули штаты, срубили бюджетных денег на якобы административные перестановки, а в итоге все осталось по-прежнему. Что в лоб, что по лбу. РАО «ЕЭС» как было монополистом, так и осталось, только через свои дочки. Спрашивается, тогда к чему эта вся возня?

Конечно, мои наивные вопросы – всего лишь поза: кто же поверит, что такой матерый бюрократ, как Анатолий Борисович, не увидел такую дырищу в собственноручно предложенном законе. Он мог не разбираться в особенностях инвестиционного бизнеса в электроэнергетике или не понимать, как работает турбина, но во всем, что касается бумажных игр, этому человеку нет равных. И этот тезис обосновываю даже не я, а Счетная палата, аудиторы которой в этом году дали четкую оценку всего пакета по электроэнергетике: «Принятые законы по реформе электроэнергетики являются скорее рамочными и требуют принятия ряда подзаконных нормативных актов, детально прописывающих механизм реформирования». И знаете, это уже очень серьезно – не публичные наскоки пусть и видных, но все же частных лиц, а заключение государственного контролирующего органа.

И здесь самый важный момент: когда правительство принимало первые акты о начале реформы, то было подчеркнуто, что опережающее развитие нормативной, законодательной базы – это главный фактор успеха. И что в итоге? Ровно через год после принятия «рамочного пакета» Счетная палата констатирует, что правовая разработка реформы значительно отстает от практических действий. Более того, из 15 мероприятий, утвержденных планом реформ, в 2002 году выполнено только шесть, а в 2003-м из 25 соответственно 10. Или, говоря иными словами, реформа пущена на самотек и осуществляется фактически самим менеджментом РАО, без законов и без контроля государства… Одним словом, уважаемый читатель, прошу вернуться в начало и еще раз перечитать цитату из покаяний Анатолия Борисовича. Что изменилось? Мы вновь полностью зависим от деловых и моральных качеств Чубайса.

* * *

Но, господа, мы ведь уже это проходили. Тот же самый человек, теми же самыми средствами, один раз уже отреформировал нас, и сегодня публично, абсолютно не скрываясь, делает это повторно. И еще, прошу прощения, имея смелость при этом регулярно каяться…

Знаете, в этих условиях, я думаю, мы имеем право немного пофантазировать. Только представьте, через какие-нибудь пять лет Анатолий Борисович будет писать очередное публичное письмо. Итак, пофантазируем:

«Это были очень нелегкие двадцать лет. И нужно честно сказать – мною допущено было немало серьезных, крупномасштабных ошибок. Взять хотя бы реформу РАО «ЕЭС», в ходе которой, между прочим, от переохлаждения в собственных квартирах умерла не одна сотня пенсионеров и мы собрали с людей в виде инвестиционной составляющей не один миллиард долларов. Разделение РАО на генерирующие и распределяющие компании осуществлялось без конкретного законодательно закрепленного описания, как должны распределяться между этими компаниями финансовые потоки, где будет концентрироваться прибыль… 9 апреля 2003 года был подписан приказ по РАО «ЕЭС» «О начале реализации пилотных проектов реформирования региональных энергокомпаний». Однако в ходе разделения мы так и не смогли создать систему контроля за завышением или, наоборот, занижением стоимости активов, неравномерным распределением долгов реформируемых обществ. И в итоге кредиторская задолженность по итогам реформирования осталась у управляющей компании, а наиболее ликвидные активы за гроши выведены «очищенными» во вновь создаваемые дочерние общества. То есть мы снова повторили ошибки приватизации 1994 года, позволив огромным активам уйти за бесценок. Это типично профессиональная ошибка, и вина за нее на 201 процент лежит на мне. И я не могу это скрывать, но нужно сказать, что мне было все эти годы невыносимо тяжело – за черную неблагодарность ограбленного народа, за тотальную травлю, которой я подвергался на протяжении своей невыносимо тяжелой работы по реформированию…»

Знаете, придуманы здесь только эмоции (хотя, если честно, есть вероятность, что через 5 лет Чубайсу абсолютно не нужно будет вздыхать и раскаиваться – он к тому времени наконец-то накушается и уйдет на покой). А вот все остальное взято из вполне официальных документов. Точно так же, как и в отрывке, приведенном в начале, Анатолий Борисович цитирует десятки, если не сотни экономистов, политиков и общественных деятелей, которые уже тогда, на рубеже 1993-го, предупреждали о последствиях и недостатках предложенной схемы приватизации, так и через пять–десять лет он будет цитировать нынешних противников реформы в очередном покаянном письме. Он проигнорировал их тогда, игнорирует и сейчас.

Правда, сегодня расклад сил несколько иной. В 1994-м это смогло пройти только благодаря тотальной экономической неграмотности народа и фантастической коррумпированности властей и правоохранителей. Сегодня, чтобы продавливать даже не реформу, а свое личное право распоряжаться огромными активами, Чубайсу необходимо вести гигантскую общественно-политическую работу. Здесь и уже упоминавшиеся блоки в наиболее значимой прессе, и создание под реформу специальной партии, и суровая работа по дезавуированию своих оппонентов, и просто элементарное запутывание предпринимаемых ходов. Мы уже проводили параллель с советским планом ГОЭЛРО, и прежде всего в плане открытости. А теперь попробуйте найти где-нибудь полную и понятную информацию по реформе РАО. Скажем, где план разделения электростанций по генерирующим компаниям? Попробуйте – нигде не найдете. А, скажем, раздел по реформам на официальном сайте РАО – это, нужно сказать, полный шедевр в части краткости. И это при том, что сам Анатолий Борисович не устает повторять на каждом углу о повышении прозрачности и открытости отечественного бизнеса.

И вот здесь мы вплотную подходим к ответу на вопрос: а что же на самом деле кроется за планами реформы РАО «ЕЭС»? Впрочем, это тема отдельного расследования.





Государство должно заняться РАО «ЕЭС»

Депутат Госдумы РФ Николай Леонов считает, что энергореформы угрожают экономической безопасности страны

Счетная палата РФ обнародовала результаты анализа выполнения Программы реформирования электроэнергетической отрасли Российской Федерации и констатировала, что разработка реформы и управление ею производится самим РАО «ЕЭС» без должного участия в этом процессе государства. Было признано, что реформа осуществляется в соответствии с интересами руководства РАО без учета интересов экономики страны в целом, что может привести к негативным социально-экономическим последствиям. Счетная палата пришла также к выводу о том, что реформа «негативно отразится на базовых отраслях промышленности», но «усилит монопольное положение РАО «ЕЭС России» на федеральном оптовом рынке электроэнергии и создаст конфликт интересов с независимыми производителями электроэнергии, устранив государство от управления этими монопольными видами деятельности». В связи с этим Счетная палата считает необходимым принятие «антикризисных мер, предполагающих участие государства в управлении отраслью». Проблемы реформы электроэнергетики в России и деятельность руководства РАО «ЕЭС» согласился прокомментировать депутат Государственной Думы, член комитета ГД по безопасности Николай Леонов.

– Скажите, как вы оцениваете последствия проводимых РАО «ЕЭС» реформ для экономики в целом и для граждан страны?

– Я могу сказать однозначно: реформы, которые проводит РАО, вся его деятельность – это прямая угроза экономической безопасности страны. Суть реформ в СМИ объясняется запутанно и туманно. Никто не говорит о том, что до Чубайса и его реформ единая энергетическая система действовала безотказно и необходимости ни в каком реформировании не было абсолютно.

А с приходом Чубайса и началом реформы, собственно, проблемы и начались. Все помнят о веерных отключениях, которые обесточивали воинские части, больницы, где на операционных столах гибли люди.

Начиналась реформа под предлогом снижения тарифов, но давайте посмотрим: за 6 лет тарифы только растут, причем быстрее, чем инфляция, – на 15–20%. О каких последствиях можно говорить? Как можно удвоить ВВП при такой тарифной политике?

– Но ведь одна из основных целей реформы – создание конкурентной среды на эектроэнергетическом рынке?

– Конечно, об этом говорилось, но это так и осталось красивыми словами. На самом деле РАО попросту убирает конкурентов с этого энергетического рынка. Вот пример. В России большинство ТЭЦ работает на угле, огромное количество людей занято в этой отрасли. Вместо создания конкурентной среды среди угольных компаний РАО «ЕЭС» заключает монопольное соглашение с Сибирской угольной энергетической компанией. 30 декабря они подписали соглашение с СУЭК, что все ТЭЦ, принадлежащие РАО, покупают этот уголь, а он, по экспертным оценкам, дороже, чем у других компаний, готовых его поставлять. Но они оттеснены. А это уже прямая угроза внутренней безопасности для всей страны. Вы знаете, что происходит сейчас на шахтах – сокращение рабочих мест, забастовки, голодовки, от которых гибнут люди.

– А такое соглашение соответствует законодательству?

– Оно скорее соответствует личным интересам главы компании. Для него энергетика стала личным бизнесом, поэтому соглашение с угольным холдингом – это соглашение двух бизнесменов, преследующих свои цели. И такое отношение просматривается во всех действиях и решениях РАО во главе с Чубайсом. Скажу больше, ни разу в действиях Чубайса не было ничего, что было бы направлено на укрепление Российского государства и экономики. Личные амбиции и ничего более.

Пример – его заявление в ходе предвыборной думской кампании о снижении тарифов в правильно политически ориентированных регионах. Ведь это – обещание коррумпировать население. РАО – это государственная структура, а Чубайс распоряжается ею, как личным активом.

При этом трудно найти где-либо на документах подпись самого Анатолия Борисовича. Со времен приватизации он поручает подписывать принципиальную документацию заместителям – так безопаснее.

– В документе, обнародованном Счетной палатой, говорится о недостаточном инвестировании в основные фонды компании. Но все знают о Бурейской ГЭС, Сочинской ТЭЦ, Северо-Западной ТЭЦ в Санкт-Петербурге. Разве это не развитие отрасли? – Да, РАО громко заявляет и об этом, и о том, что генерирующих мощностей сейчас больше, чем распределительных сетей. Но это только потому, что потребление электричества в связи с производственным упадком в целом снизилось.

А если говорить о том, что строится, то Бурейская ГЭС – это чисто советская стройка. При строительстве Сочинской ТЭЦ стоимость оказалась в 2 раза больше, чем в Западной Европе, и это при том, что себестоимость строительства здесь гораздо ниже. Закономерен вопрос, куда идут деньги? Если там стоимость составляет 1000 долларов на 1 кВт установленной мощности, то здесь 2000. Это говорит об инвестиционной неэффективности.

Я уже не говорю о том, что парадный пуск Северо-Западной ТЭЦ превратили в фарс. Пресса пишет, что иллюминация была обеспечена электричеством из внешней сети, а пар подавался из соседней котельной.

На самом деле никакой модернизации нет и серьезного строительства тоже нет. Например, на так называемую «консервацию» Богучанской ГЭС уже потрачены сотни миллионов долларов. Разве это пример грамотного управления активами?

Я понимаю, что это не общеизвестные факты, но это и неудивительно. Ведь на «выращивание» своего имиджа как эффективного менеджера Чубайс тратит колоссальные усилия и средства.

– А что вы думаете о приобретении РАО «ЕЭС» зарубежных активов? Например, в Грузии?

– Это, я думаю, чистой воды обман, как и многое в действиях энергоменеджеров. Я знаю от источников в РАО о том, что за приобретение активов назначается премия до 5 млн. долларов. Актив приобретается, заинтересованное лицо сильно завышает его стоимость и получает премию. Вот и зарубежные активы.

Вообще, как я уже сказал, деятельность Чубайса просто опасна для России. Ведь это с приходом Чубайса на пост председателя правления доля иностранцев – владельцев акций значительно увеличилась, в то время как по закону иностранцам нельзя передавать более 25% акций в электроэнергетике.

– Как вы считаете, какие механизмы могут быть использованы, чтобы переменить ситуацию в пользу государственных интересов России?

– Во-первых правительство России должно вплотную заинтересоваться тем, что происходит с электроэнергетикой и реформами. Во-вторых, Счетная палата должна провести подробнейшую проверку деятельности РАО «ЕЭС», поскольку все знают о вопиющем по масштабам непрофильном использовании, по сути, государственных средств. Я имею в виду, например, финансирование Чубайсом политических и медийных проектов.

Наконец, должно быть проведено общее собрание акционеров РАО «ЕЭС», на котором на пост председателя правления должен быть избран компетентный человек. Причем именно избран, а не назначен, как в прошлом году, по распоряжению высокого государственного чиновника. Пора, наконец, соблюдать закон – во главе такой структуры, как РАО, должен стоять легитимный председатель правления.

Валерий Калабугин, Независимая газета / 21.06.2004



РЕКЛАМА


РЕКОМЕНДУЕМ
 

Российские реформы в цифрах и фактах

С.Меньшиков
- статьи по экономике России

Монитор реформы науки -
совместный проект Scientific.ru и Researcher-at.ru



 

Главная | Статьи западных экономистов | Статьи отечественных экономистов | Обращения к правительствам РФ | Джозеф Стиглиц | Отчет Счетной палаты о приватизации | Зарубежный опыт
Природная рента | Статьи в СМИ | Разное | Гостевая | Почта | Ссылки | Наши баннеры | Шутки
    Яндекс.Метрика

Copyright © RusRef 2002-2017. Копирование материалов сайта запрещено